Эликсир жизни - Страница 54


К оглавлению

54

За этим гордым рыцарем скакала свита; богатые одежды, дорогое оружие и геральдические короны всадников указывали на их высокий ранг.

Земля дрожала под копытами коней, проходивших так близко мимо Супрамати, что он мог бы достать их рукой. Он слышал отрывистое и шумное дыхание животных и людей и вдыхал специфический аромат этой толпы, рыцарей, пажей и оруженосцев, которая дефилировала перед ним с распущенными знаменами, пестрея разнообразными и живописными средневековыми костюмами. Глухой гул голосов и отдельные фразы на староанглийском языке звучали в его ушах.

Вдруг дрожь пробежала по телу Супрамати. Там, на великолепном черном скакуне, ехал рыцарь, лицо которого было ему знакомо. Вместо тяжелых лат на нем была надета тонкая сарацинская кольчуга, гибкая и легкая, как шелковая одежда; легкий шлем без забрала прикрывал его густые, черные кудри. Большие темные глаза рыцаря с непередаваемым выражением глядели на Супрамати. Это был Нарайяна. Когда он поравнялся с молодым доктором, лошадь его сделала скачок и обдала Супрамати массой песка, так, что тот зажмурился и зашатался.

Когда он открыл глаза, видение уже исчезло. Он был в лаборатории, но был не один. По другую сторону огненного круга стоял высокий и худой монах с аскетическим лицом. Мрачные, глубоко впавшие глаза его грозно смотрели на Супрамати. Затем, подняв костлявую руку, монах произнес глухим голосом:

– Безумный невежда? Ты осмелился коснуться дерзкой рукой тайн, которых не понимаешь. Если бы твое тело не было бы неуязвимо для действий стихий, – этот час был бы последним в твоей жизни. Горе тому, кто вызывает невидимый мир, не будучи вооружен! Взгляни – и никогда, пока не получишь посвящения, не касайся этих неизвестных тебе знаков, которые ведут по темным путям оккультного мира.

И он с ужасом увидел отвратительную толпу, теснившуюся за монахом. Стоя, полусидя и ползая двигались отвратительные существа, полулюди, полузвери, со скотскими лицами, выражавшими адскую злобу.

В руке монах держал колокол, в который начал звонить. Этот звон был так пронзителен, что у Супрамати сделалось головокружение и в глазах потемнело; ему казалось, что его поднял вихрь и что он кружится в воздухе. Затем он потерял сознание.

Когда он открыл глаза, то увидел, что лежит вне красного круга. Голова его была тяжела, все тело болело, а комната, где он находился, внушала ему такой сверхъестественный ужас, что он поспешно вышел и запер дверь. Он решил не раньше открыть ее, чем тогда, когда будет достаточно вооружен, чтобы безопасно противостоять ужасному оккультному миру, куда он так неожиданно заглянул.

Глава восьмая

Несколько дней прошли спокойно. Супрамати отдыхал от перенесенных им волнений, размышляя о прошлом и будущем. Впервые с тех пор как приняв эссенцию жизни, он чувствовал такое физическое недомогание, свинцовую тяжесть, невыразимую слабость, головокружение и ощущение, точно весь был разбит. Эти необычные, болезненные ощущения дали ему понять, какой ужасной опасности он подвергался, и еще более утвердили его решение серьезно заняться изучением таинственного мира, окружающего человека. Его преследовало воспоминание о странном видении, и он дрожал, вспоминая это коснувшееся его живое веяние прошлого. В течение нескольких минут он дышал атмосферой Святой Земли; мимо него во всей жизненной действительности проходили легендарные герои крестовых походов. Но какой неизвестный закон привел он в движение, чтобы таким чудесным образом вызвать эту страницу далекого прошлого?

Не менее интересовали его и тайны, которыми кишела жизнь Нарайяны. Он никак не мог понять этого странного человека: случай привел его к самому источнику тайн, а он безумно расточал свою жизнь и время на пошлые приключения.

По мере того как к нему возвращалось его обычное здоровое состояние, Супрамати начинал чувствовать отвращение к старому замку, очевидно, населенному целой армией демонов. Его мучило желание уехать, повидать другие места и испытать иные впечатления, и он с тоской спрашивал себя: уж не является ли роковой принадлежностью этой долгой жизни постоянное беспокойство, не дающее покоя и без отдыха гоняющее несчастного бессмертного из одного уголка света в другой?

Агасфер без устали и покоя обходит вселенную; Дахир блуждает по волнам; Нарайяна, как новый Вечный Жид, всюду ищет и нигде не находит покоя; он сам – красивый, здоровый и могущественный со своим богатством, которого не терзает никакая физическая или нравственная боль, и он, едва вступив в эту долгую жизнь, уже чувствует внутреннюю пустоту и смутное желание чего-то неведомого. В Париже ему было невыносимо легко мысленное общество кутил и куртизанок; здесь его давят тишина и одиночество.

Через несколько дней он решил уехать в замок, находившийся в Бретани, где разыгралась драма с баядеркой. Ему хотелось поискать следы молодой индуски и убедиться, не была ли это Нара. Его преследовало желание установить это тождество, если только оно существовало.

Покидая замок, он намеревался взять с собой Тортоза. Ему необходим был верный и преданный слуга, который, зная его тайну, не выдал бы ее; а кто мог быть в этой роли способнее Тортоза, который кроме того будет драгоценным проводником по его новым владениям.

Тортоз должен был быть умен, предан и скромен, иначе Нарайяна не облек бы его своим доверием. Но почему он не посвятил его? Был ли его ум недостаточно гибок, чтобы понять туманные тайны, или какой-нибудь, закон братства запрещал ему ввести этого низшего брата в храм Грааля? Одно было несомненно, – Тортоз будучи одаренным способностью долго жить, не знал всех оккультных тайн, связанных с этим бессмертием.

54